"Мамаааааааа!!! Неси воттку!!! Я обоссалси!" - это было первое, что я прокричал, пролетая мимо окна Барыгина. Да, именно мимо его окна... Проснувшись от удара топором по шее, мне ничего не оставалось как вскочить из кресла Хуича, одеть на голову мусорку и, подергав и отломав очередную дверную "ручку" собственного изготовления, выпрыгнуть в форточку.

В этот день все началось просто замечательно... Воткнувшись головой в асфальт, я сразу понял, что день обещает быть бурным. Очнувшись в реанимации Барыгина, выпил 750 грамм нашатырного спирта, увидал бензопилу и выпрыгнул в окно. Лететь не высоко (подвал). Встал, пошел досыпать. А почему, спросите вы, я собственно так необычно для себя самого проснулся? Всем известно, что проспавшийся дворник должен встать в 6 утра и пойти опохмелиться. Но я пробудился лишь в 12 дня. Все началось из-за поганого паленого портвейна 638 года выпуска. Купил у Василича за пачку Беломора ™. Вечером праздновал юбилей Иосифа Кобзона, вроде, или Лёвы Лещенко... В общем, кому-то из этих четверых исполнилось 83 года. Ну и на радостях, запив сладкий напиток, дорого доставшийся мне, техническим спиртом, пошел в кресло. Хуич как раз доделывал путевку на Гренландию туристам с Аляски. Бармаглот тем временем разводил местного участкового на "поебаться с экстримом". Со спокойной мигренью я лег и сладко заснул в мягком парусиновом кресле из крокодиловой шерсти.

И вот я вижу сон (!). Идет, значит, то ли мужик, то ли баба. Вместо глаз две огромных объеденных груши, очки одеты голубые и нос, странно напоминающий нос Кузьмича. На футболке белым по серому написано "КуZь-NеZь" а внизу, черными буквами, мелко так, "я твоя жена, МихалЫчъ". Все! У меня уже во сне случился инфаркт левого яичка. И я уже проснулся и собирался пойти посрать, как вдруг чувствую, что я на грани. На грани между сном и "реальностью" (я в ней редко бываю). Вроде бы все мое тело уже не спит, да и сознание собирается расслабить анальные трицепсы, но правая рука... Ее держит эта самая жена, в этом самом сне... Она уцепилась в нее своими кочергами и еще сладко так зовет меня голосом каким-то до жопы знакомым:"Иди сюда, ты мой сладкий! Я тебя не съем, только покусаю немножко..." Поворачиваюсь я к ней, а там рожа Пиздоса и клыки торчат, прям как у мамонтенка. А из спины акулий плавник и надпись на нем "Учиться, учиться и еще раз учиться!" и рожа на половину Ленина, на половину облезлого Шварценеггера с красным глазом. Ну я рукой шарю другой, найти че-нить потяжелее, поднимаю это что-то и хрясь по голове чуду-юду! Оказалось, свою печатную машинку, с натянутыми гитарными струнами взял... Тут под ногами замурлыкал труп плешивого Барсика и спросил, не откажу ли я ему в просьбе дать ему пожрать... Ну я-то тогда ничего отказывать даже ему не собирался, но был я не движим, т.к. ненасытное чудо-юдо с пробитой головой и гитарными струнами вместо усов все еще крепко держало меня за вену. Тогда Барсик разозлился. Он взял и насрал мне прям на ногу. Дык, мало того у меня говно на ноге, так это говно еще начало разъедать мою несчастную ногу! Когда разъело всю кость, я не стерпел и откусил себе руку. Как потом выяснилось, не ту. Оставшимися ногами, коих оказалось почему-то 9, я начал пытаться выкарабкаться из кошмарного сна. Но когда я посмотрел наверх, то увидел, что из холодильника набитого муравьями-людоедами, норовящими сожрать остальные мои руки, кои я считать-то побоялся, падает большой топор, с натянутой печенью местного участкового (я ее сегодня опознал), я не мог не вздрогнуть. Я понял, что проходят последние секунды моей жизни. Но он все летел и летел... И прилетел...

И вот, пролетая мимо окна Барыгина я увидел ту самую печень, затем, знакомый топор, затем, наковальню, аккуратно оставленную явным доброжелателем под окном кабинета Хуича, ну и наконец, открывающего "дверь" нашей корпорации самого участкового. Увидев все это на лету, мне ничего не оставалось, как закричать именно это...

 

 

 

 

Все прочитанное вами выше было напечатано в абсолютно трезвом уме и здравой памяти... или наоборот, короче, не важно... Так вот. Это реальное событие, которое может подтвердить Летучий Гук - приведение, которое пожало мне руку после приземления на наковальню и поблагодарило за оказанное содействие в исполнении служебного долга перед партией.